8 апреля 2010 г.

К каким берегам?

То, с каким трудом Россия переживает финансово-экономический кризис, ещё раз подтверждает, насколько она не была готова к капитализму, который ей силком и хитростью навязали в начале девяностых годов. Большинство россиян сегодня по-прежнему думают, что эпоха перестройки принесла больше плохого. И хотя, начиная с 2002 года, доля сторонников этого мнения постепенно снижается (с 63 до 53%), понимаешь, что это оттого что старшее поклонение, знавшее жизнь в СССР не понаслышке, постепенно вымирает, а молодежи не с чем сравнивать жизнь сегодняшнюю.

Cмена общественно-экономической формации зачиналась ещё при Михаиле Горбачеве. Как вспоминает Дмитрий Язов, в 1987-1991 г.г. министр обороны СССР, последний маршал Советского Союза, «лукавства Михаилу Сергеевичу было не занимать». Хотя 70% населения страны проголосовало на референдуме за сохранения СССР, выбор народа проигнорировали. СССР Михаил Горбачев решил самостийно заменить на некий союз суверенных государств. Он шёл на развал страны, прекрасно зная, что на подписание Союзного договора дали согласие только пять среднеазиатских республик и Белоруссия. Так в одночасье произошёл развал единой армии, экономики, бюджета. Потому что когда Россия обрела суверенитет, Ельцин отказался платить российские налоги в общесоюзную казну.

Но Михаил Горбачев и перестройку-то, как выясняется сегодня, сооружал без чёткого экономического плана, на ощупь. За выдвижение Михаила Сергеевича в генсеки, по воспоминанию Язова, высшие партийные чины проголосовали «как полные дураки». А несколько дней спустя точно так же, то есть послушно, выслушали и об идее невиданной дотоле перестройки. «В чём её смысл, не понимал никто, – говорит Язов, – но механизм был запущен».

Авось перестройка сама пойдёт? В результате такой пассивности Политбюро очень скоро Горбачев ушёл от совещания с ним, и принялся совсем с иными личностями обсуждать программу «500 дней». Законопослушный народ наш, конечно, и представить себе не мог, что наверху возможен какой-то антисоветский заговор. И не молчал, вроде бы, выступил на референдуме за сохранение СССР. Но к тому времени судьбу народа решали уже не в Кремле, а в США и Европе.

Уезжая на Форос летом 1991 года, Михаил Сергеевич разрешил в случае политических волнений объявить чрезвычайное положение, но когда к нему прибыли ГКЧПисты, «заартачился» и не поддержал их. В то лето Москва уже кипела либеральными антисоветскими митингами, устроенными сторонниками смены формации. Это была пена, этнический состав которой и русским-то по большей части не был. Выступал не народ даже, а какая-то малая частица Москвы, которая, в отличие от народа, была посвящена в планы по перекройке и раздаче «общественного пирога». С её помощью и начался развал политической и государственной власти, силовых структур, разграбление экономики, плоды которого мы сейчас пожинаем. Так, нынешний кризис тревожит 80% россиян, 79% казахов, 78% армян. То есть после распада страны плохо всем, страдают десятки, а то и сотни миллионов людей.

Когда Горбачев убеждал нас в необходимости перестройки, население СССР прибывало на миллион в год, сейчас оно по миллиону в год убывает. И дело совсем не в том, что хотели как лучше, а получилось как всегда. А чего хотели, что замышляли в тайне от народа, того и добились. Теперь есть в стране сословия нищих работники, а есть «хозяева жизни», и сытый голодного не уразумеет. Накануне кризиса 2009 года зарплата генерального директора крупной розничной сети в России составляла 100 тысяч долларов в месяц, а менеджера среднего звена - 25-40 тысяч рублей. Понятно, что значительная часть прибыли сети поступала не на экономическое развитие, а в карманы собственника предприятия, на его удовольствия, его радости жизни.

* * * * *

А что происходит сейчас? Основной владелец и председатель правления банка «Центрокредит», миллиардер Андрей Тарасов, например, давая интервью, рассказывает, что его банк процветает и в кризис. Но почему? В частности, потому что в 2009 году «активно сокращались издержки», к коим относятся 30% персонала структуры, выброшенного «на улицу». Г-н Тарасов добавляет: «Мы действовали, как все». То есть, имея личное состояние в 4,5 миллиарда рублей, и индивидуальный номер в списке миллиардеров страны, Андрей Игоревич, заботясь о своём предприятии, ставит его интересы выше народных и считает «излишками» трудящихся?

Как тут не поверить Александру Проханову, который утверждает, что США, под дудку которого пляшет сегодня весь мир, устанавливают на планете «либеральный фашизм», «а потому… будут истреблены целые континенты «нерентабельных» и целые «нерентабельные» народы, в их реестре значится и русский народ»?

Всё тот же преуспевающий Андрей Тарасов утверждает, что «защита своих интересов – это тема риск-менеджмента». То есть никакой стабильности при капстрое, вечная борьба, никакого наперёд расписанного счастливого будущего? Можно потерять не только 30% работников, но и предприятие? Да и что такое, по его мнению, «государственные интересы» при капитализме? Это, оказывается, тоже «риск-менеджмент», но только «на уровне Кремля», высшей власти.

То есть опять-таки непредсказуемость, одно прощупывание ходов, игра в этакий покер, когда приходится то и дело блефовать, рискуя целой страной? В связи с этим Тарасов вспоминает не столь уж давнее предложение Алексея Кудрина создать в России «мировой финансовый центр» и называет его «просто пропагандой», типа того, что «всё равно об этом стоит говорить, даже если этого не будет». И здесь никаких конкретных планов не было?

Но как же тогда проблема выживания нашей нации? Значит, всё опять как при Михаиле Горбачеве, который в лучшем случае наобум начал перестройку, втянув в неё всю страну и не зная даже, к какому берегу приплывёт нация, так сказать рискнул? А в худшем сделал вид, что и сам рискует вместе с народом, то есть живёт одной с ним судьбой, а в реальности народ сдал на милость капиталистической своре?

* * * * *

Нам внушается, что мы живём при стабильности уже сегодня, а на самом деле власти опять ведут нас вперёд рисково, не зная даже, к чему придём? Рассуждая далее планах Кремля – сделать Россию мировым ростовщиком, он говорит: «Чтобы финансовый центр был финансовым центром, нужны инструменты, нужны участники и нужны объемы ликвидности… К сожалению, рынок здесь не может всего решить». Фактически эти слова читаются: кроме идеи ничего нет.

Мировой финансовый кризис, однако, показал, что эта идея была мыльным пузырём во всех отношениях. И дело не только в кризисе и нашей неспособности сохранить свои богатства. В системе жизнеобеспечения капитализма ни к кому нет жалости. Ни к народам в целом, ни к отдельным государствам. Посмотрите, как немцы холодно вели себя с задолжавшей Евросоюзу Грецией. Вместо того чтобы либерально или гуманно, «цивилизованно» вытащить целую нацию из кризиса, Германия отнюдь с ней не церемонилась. То немцы проходились по бедствующим грекам карикатуркой в своих СМИ, то обвиняли их грубо в нелюбви к труду, то изображали из себя бар: если низенько поклонитесь, может быть, денег и дадим, а может быть, и нет. А то и просто предлагали выкинуть Грецию из Еврозоны. Даже туризм её ныне они уже не поддерживают: немцы едут отдыхать туда, где подешевле, то есть в Хорватию. Плевать на целый народ, тоже оказавшийся, знать, «нерентабельным».

Но в нашей стране капитализм – игра крупных игроков, группы предпринимателей, которые страхуют свои риски менеджментом, сидящим в Кремле. Потому что в случае проигрыша, этот ближний круг снимает свои проблемы с помощью пополнения доходов предприятий бюджетными средствами. Но могут ли в этом покере участвовать те 5 миллионов индивидуальных предпринимателей, которые уже существуют сегодня на игровом поле капиталистической России? Они-то не могут рисковать, потому что, если проиграют, им нечем будет кормить семьи. И никто им не выдаст бюджетные деньги, чтобы они удержались на плаву. Будьте любезны иди в банки, к ростовщикам. Единственный выход. И получается, что система капитализма выгодна и, следовательно, нужен только узкому слою сверхбогатых людей планеты. Это их эгоистическая жестокая и хитрая игра. Подчас против других, «нерентабельных» стран. Форма обладания всеми богатствами Земли, в которых практически нет, и не может быть, никаких запретов для вспыхивающих желаний. Но умеют ли они выигрывать и хотят ли выигрывать в пользу своих народов? Так, чтобы не утопить в болоте экономики нации, над которыми приподнимаются?

До недавнего времени нам внушали, что они потому и наверху, что являются «гениальными менеджерами», выше нас на миллионы голов и своим образованием, и опытом. Кризис показал, что это тоже мыльный пузырь, миф. Сегодня в России, например, выгодно, прибыльно добывать не столько нефть, сколько газ. Привлекательным газ стал благодаря нынешнему состоянию топливного рынка и особенностями налогообложения отрасли. Но нефтяники не торопятся перестроиться, явить нам свой «гений», то ли ленятся, то ли туго соображают, может быть и то, и другое. Пассивно сидят на нефтедобыче и бездарно сжигают не менее 20 миллиардов кубометров газа ежегодно, подогревая не дома замерзающих зимой россиян, а одно небо. Они, крупные игроки, дельцы, капиталистические «акулы», смотрят на это с безразличием и отдыхают. В итоге, на ниве старается один «Газпром» - больше 80% рынка газа. И таким образом, не работает и принцип конкурентного соревнования, вроде бы, основа капитализма, как нам, по крайней мере, внушалось.

Одновременно с этим налоговики дерут три шкуры с российского среднего и малого бизнеса, а меж тем, именно в оффшорах зарегистрированы самые крупные российские корпорации, которые и получают сотни миллиардов правительственной помощи. В чём же тут риск и для кого? Единственно для граждан, которые кормятся трудом рук своих. А оффшоровики, получается, выше «риск-менеджемента». Для одних в случае опасности бизнес «прогорает», а для тех, кто близко к Кремлю, капиталистические риски минимальны. Даже благотворить в современной России, оказывая помощь народу, сложно: практически нет налоговых послаблений для благотворящих компаний, в то время как в США ежегодно на благотворительность идут сотни миллиардов долларов. Такая вот «справедливость», такой менеджмент.

И дело не в том, что у нас бизнес пока неумелый, а в других странах расчудесный. Во всём мире заметен сегодня так называемый «кризис элит». Как пишут ныне даже российские либеральные издания, в мире не осталось институтов управления политикой и производственной сферой, которая бы себя не дискредитировала в глазах общественного мнения. «От Москвы до Вашингтона практически все центры управления экономикой и обществом замечены, как минимум, в серьёзных управленческих просчетах, а по большей части в коррупции и банальном воровстве», - сообщает нам главный редактор журнала «Финанс.».

А мы добавим, что при капитализме ничего другого, кроме «кризиса элит», и быть не может. А всё потому, что деньги отделены от народа. Элиты - закрытые слои общества, которые не любят перемешиваться с «низами» и в ситуации утверждения своей «избранности», причём «избранности» на века и тысячелетия не хотят подпитываться идеями снизу, идущими из среды наций, которыми они управляют. Узкий круг. И этот круг вырождается.

Когда народ работает, они надувают щёки и говорят, что он процветает благодаря их умениям и стараниям. Когда же народ выбрасывают с рабочих мест, лишая куска хлеба, они говорят о том, что голодных ртов развелось слишком много и хорошо бы народы проредить какой-нибудь войной или кровавой революцией. Во время кризисов золото только дешевеет, и его можно скупать вагонами. Вот и вся «гениальность» либеральных властей Запада. Господь и нравственность явно не с ними. А планы их тоже понятны: любой ценой сохранить себя, хотя бы и в союзе с дьяволом.

В США сегодня элиты лишились доверия народа, к конгрессу продолжают относиться с пиететом всего 12% нации. А социологи увидели ещё более интересную картину: динамика роста эффективности управления обратно пропорциональна росту зарплат и бонусов руководства. Доходы высших эшелонов власти неизменно растут уже 30 лет, а управление компаниями только хуже. И мировые экономические исследования всё чаще ставят вопрос о ненужности самих этих «элит», этого «организованного меньшинства», которое заботится исключительно о себе. Зачем же тогда давать ему так много власти?

Думается, наш просвещенный народ (в СССР высшее образование имел каждый четвертый) тоже не видит никакой выгоды от перехода к капитализму с его мнимым рынком, не верит в его благостность. Наши элиты, похоже, и сами терпят кризис. Не поэтому ли их грандиозные планы по спасению нации адресованы неясному будущему: 2014-2050 г.г? Мол, планы есть, но сейчас нет необходимой базы для их реализации. Но как раз к этим годам, по планам Даллеса, нашей страны и не станет. Народу есть, над чем задуматься. Не повторять же опыт недавнего прошлого, когда даже члены Политбюро вели как «как полные дураки», и теперь очень и очень в этом раскаиваются.

Ирина РЕПЬЕВА